Архитектор Сергей Пергаев рассказал, как современные материалы помогают создавать выразительные образы и формы

magnific.com

Свыше 40% покупателей недвижимости наиболее значимой составляющей архитектуры жилого комплекса назвали грамотное зонирование двора, наличие на прилегающей территории мест для игр детей, отдыха, спорта и удобных пешеходных маршрутов. Такой результат показало исследование Pergaev Bureau в 2026 году. Итог опроса закономерен с учетом последних тенденций в России. В текущем десятилетии тренд на создание общественных пространств, где люди совместно проводят время, набирает обороты в нашей стране. В общей сложности почти за десять лет в рамках федеральных программ реализовано около 120 тыс. проектов по благоустройству дворов и территорий.

Девелоперы и архитекторы — активные участники этого процесса. Все большая роль в их проектах отводится полимерам. Строительная отрасль потребляет около четверти произведенных синтетических материалов. О социальной функции архитектуры и о том, как полимеры, оставаясь порой незаметными, помогают создавать выразительные образы и формы, «Стройгазете» рассказал основатель и креативный директор Pergaev Bureau Сергей Пергаев.

Верховенство формы, реализованное через материалы

Многообразие городской среды в воображении архитектора условно делится на три ипостаси: 30% природы материала, 30% формы элементов или объектов и 30% света. Но это соотношение динамичное. В 1990-2000-х годах в архитектуре имел существенное значение непосредственно материал, его происхождение, и в визуальном восприятии творцов и заказчиков того периода первоклассными материалами были натуральные, например, мрамор, оникс. Однако сейчас ценность материала все меньше определяется внешней «дороговизной».

«В наших проектах на первом плане — образ здания, рельеф, пластика фасада. Эта культура набирает силу, по крайней мере, я чувствую, что форма берет верховенство над природой самого материала. И важно, как материал и формы подсвечены — одно и то же решение светом можно испортить или многократно усилить», — рассказал Сергей Пергаев.

Как бы ни выходила на первый план форма, реализовать ее архитектору позволяют материалы, поэтому речь пойдет именно о них.

«Говорят, когда Стэнли Кубрик читал сценарий, он уже видел кино в своем воображении со всеми визуальными образами, сценами и даже цветовой палитрой. Как будто фильм уже готов, и оставалось только снять его. И у архитекторов происходит подобное: материал рождается в голове задолго до выбора конкретной фасадной панели или отделки, на стадии идеи, потому что материал может ее разрушить, а может максимально выразить. Концепция для нас первична», — отмечает руководитель бюро.

По его словам, у проекта, по сути, три решающих стороны — соавтора: архитектор, материал — его свойства определяют, как можно воплотить замысел, и заказчик — он ставит бизнес-задачу. Проектное бюро должно найти баланс между идеей, бюджетом, сроками и ценой за квадратный метр, которая, к слову, уже более четко определяет круг материалов. Правда, рамки этих ограничений, по замечанию собеседника, в последние годы становились еще более ощутимы. Выручало антикризисное мышление и разумные компромиссы: за пять лет Pergaev Bureau пришлось трижды менять палитру материалов, сохраняя при этом первоначальную идею проекта. Компания перестала работать с материалами из Европы, ориентируется теперь на рынки России и Азии, которая, как отмечают в бюро, за это время сделала заметный технологический скачок.

Строительная генетика: был каменный век, а теперь — пластиковый

Рассказывая о рельефах, Сергей Пергаев отметил, что свободу формы и сложную геометрию без утяжеления и технологических ограничений архитектору дают полимеры. Синтетические материалы легче многих традиционных, могут формоваться, изгибаться, отливаться и печататься. Их широкий набор используется под конкретные задачи в 900 проектах, которые реализовало архбюро в разных регионах страны. Полимеры редко существуют в современной архитектуре изолированно. Чтобы добиться разных свойств материалов, в лабораториях с помощью формул разрабатывают специальные рецептуры.

«С помощью полимеров мы перепрограммируем строительную отрасль, как генетики — код, и получаем композиты и другие интегрированные в контекст вспомогательные элементы, которые двигают всю индустрию вперед», — говорит архитектор.

Полимеры придают прочность и блеск штукатурке, улучшают свойства красок и бетонов, обеспечивают тепло-, гидро- и звукоизоляцию. Современные инженерные и оконные системы — это тоже достояние полимеров. Помимо основного ПВХ, в оконных конструкциях используют утеплители, фурнитуру, цветное каширование (ламинацию), специальные пленки защищают помещение от ультрафиолета или, наоборот, помогают пропускать его, а еще они могут отражать холод и не дают окнам промерзать.

Противопоставление «натурального» и «синтетического» в современной архитектуре теряет смысл. Большинство решений — комбинация материалов, где каждый отвечает за свою функцию. Возьмем стеклопластик: стекловолокно дает ему форму, а пластик — скрепляющую матрицу. Шпонированная панель — это до 40% полимеров: основа, склеенная из древесной стружки и 4-6 слоев полимерного лака, который покрывает тонкий деревянный слой. Например, в русском ресторане «Закрома» в Ярославле, построенном по проекту Pergaev Bureau, полимерность в интерьере сведена к минимуму. Визуально дерево остается главным героем, но именно полимерное покрытие защищает сложную резьбу, а также деревянные столешницы от пыли, жира и царапин. В столичном жилом комплексе «Слава» для декора используется фибробетон с добавлением натурального камня, эту поверхность от влаги и разрушения также защищает полимерная пропитка.

Синтетические материалы во всем их разнообразии помогают реализовать идеи в разных типологиях и назначениях: в жилищном и промышленном строительстве, ритейле, HoReCa, общественных пространствах. Так, очень популярное каучуковое покрытие архитектурное бюро использовало на детских и спортивных площадках в новосибирской «Меге». Оно выдерживает большую нагрузку, у него низкий показатель истираемости. Но там, где нужна и практичность, и атмосфера уюта, применяют настил из резинополимерного композита — пластиковую стружку на полимерной основе. Например, в благоустройстве «Норвежского квартала» в Твери она имитирует террасную доску из дерева. Натуральную террасную доску используют очень редко, для такого настила подходят деревья определенной породы после сложной дорогостоящей термообработки. Полимеры удешевляют и ускоряют процесс.

Среди перспективных решений архитектурное бюро рассматривает технологии и материалы, которые удачно используются за рубежом. Среди них: ETFE-мембраны для легких прозрачных оболочек, поликарбонат, трехмерные панели из армированных полимеров, крупноформатную 3D-печать, изделия из переработанного пластика и полимерные покрытия с дополнительными эксплуатационными свойствами.

pexels.com

Ставки на «фаворита»: он может намного больше

Самым «полимерным из всех полимеров» Сергей Пергаев назвал пенополиуретан (ППУ). Большинство его знает по классическим лепнинам. По словам архитектора, «самый доступный, самый простой в исполнении, легкий, несыпучий материал в условиях ограниченного бюджета дает возможность создавать архитектуру, которая имеет ценность, а не штамповать плоские коробки». Пенополиуретан легко режется, позволяет утеплять, придавать выразительную форму объектам. Из вспененного полиуретана на въезде в новосибирский академгородок сделаны арочные ворота в жилом комплексе «Пульсар». В этом проекте, а также родственном ему «Тихомирове» из ППУ выполнены рельефные детали фасадов и благоустройство. А еще пенополиуретан помогает строителям в холодных климатических условиях, например, присадки на его основе добавляют в бетон. На одном из рыбных производств на севере по проекту архбюро были сделаны полы с покрытием из родственного ППУ поликарбамида — они легко моются и не скользят.

В вспененном полиуретане Сергей Пергаев также видит большой и пока не реализованный потенциал рынка. Руководитель бюро собирается воплотить в жизнь идею своего отца, советского и российского архитектора Виктора Пергаева, и предлагает через пенополиуретан перевести технологию архаичной лепнины на современный архитектурный язык. В сотрудничестве с производителем полимеров СИБУРом, у которого есть лаборатории и оборудование для работы с формами, Pergaev Bureau планирует создать серийную систему архитектурно-дизайнерских элементов для фасадов. Должен получиться набор легких и рельефных модулей, по принципу конструктора их можно будет комбинировать в разные композиции и создавать индивидуальный рисунок здания. Серийность сохранит управляемую стоимость проектов, поэтому подход может быть востребован в массовом и региональном строительстве, предполагает основатель бюро.

Трансформация и игра света — возможности полимерной архитектуры

Мобильность и многофункциональность полимеров помогает создавать конструкции, которые дают сразу несколько опций и в зависимости от погодного настроения легко трансформируются. Например, в строящемся по проекту бюро гастромаркете «Монтана» в Шерегеше терраса закрывается монолитным поликарбонатом. Покрытие будет защищать посетителей от ветра и снега, и в дополнение в силу своей прозрачности оно не закроет великолепный горный ландшафт. А если возникнет большая снеговая нагрузка, элементы можно будет снять. Для архитекторов здесь пресеклись сразу несколько параметров поликарбоната: выразительность, скорость строительства, стоимость, светопропускание и возможность работать с сезонным сценарием.

При создании веранд в сети HoReCa «СибирьСибирь» в ход пошли натяжные полимеры. В Новосибирском ресторане удалось укрыть прозрачной пленкой глубокую веранду, где более 200 посадочных мест. Монтируется она и также разбирается за один рабочий день, а эластичность материала позволяет повторять форму арок и других криволинейных элементов, на которые он натягивается, что идеально подходит для сезонных пространств.

В свою очередь в аэропорту Ноябрьск в Ямало-Ненецкого автономном округе полупрозрачные элементы в сочетании с внутренней подсветкой создали эффект полярного сияния. Для российской архитектуры это весьма актуально, особенно зимой, когда так мало света.

Выход из дома: чего хотят люди — того хочет архитектор

Как заметил Сергей Пергаев, архитектура отвечает на социальный запрос. Для этого коллектив бюро и проводит свои исследования. Например, волнующая тема — балконы, на которых жильцы порой создают пожароопасные и аварийные ситуации. Поэтому управляющие компании их не приветствуют, а девелопмент просит архитекторов убирать с плана часть балконов. Именно они и станут темой ближайшего опроса. А недавно Pergaev Bureau выяснило, на что больше всего обращают внимание покупатели квартир.

«Казалось бы, логичный ответ — планировка. Но участники опроса проголосовали очень неожиданно для нас. И это крамольная вещь для архитекторов, которые уделяют много внимания фасадам. На первый план вышло благоустройство территории. Покупатели хотят знать: «Что я получу допом, заплатив цену квадратного метра?» Фасады на последнем месте оказались», — поделился открытием руководитель бюро.

pexels.com

Собеседник отметил, что «выход из квартир» произошел в 2020-х годах, когда резко возрос запрос на качественное благоустройство. «Чем больше работы и покупок в онлайне, тем ценнее становятся дворы, рестораны, парки. Мы осознанно увеличиваем количество лавочек и дорожек, продумываем маршруты и сценарии использования совместного пространства, потому что стараемся вытащить людей на улицу. Это долгосрочный тренд, который реализуется и за счет полимеров в том числе», — прокомментировал Сергей Пергаев.

Малые архитектурные формы для общественных пространств бюро воплощает в реальность совместно с технопарком «Айра», в частности, запускает новый проект с условным названием «мебель для – всегда и везде». Комплекты мебели сложной геометрии используются по принципу конструктора. Благодаря полимерам они — самых разных цветов и текстур, влагостойкие, ударопрочные, но пустотелые, а потому легко транспортируются, походят и для улицы, и помещений, например, для школ, больниц, учреждений, где есть места ожидания.

«Выводя людей из дома», архитекторы улучшают и экономические показатели в коммерческих проектах. При ребрендинге московского «Рив Гош» одной из задач бюро было не только обновление визуального образа пространства, но и изменение потоков посетителей. BIM-проектирование и архитектурные приемы позволили оживить мертвые зоны: перепланировка увеличила поток посетителей, вместе с этим — и средний чек, выручка, по информации ритейла, выросла на 30%. В этом проекте Pergaev Bureau сделало перевес в пользу полимерного интерьера: много световых, рекламных конструкций, стеклянные колбы с бальзамированными цветами в интерьере стали метафорой духов из натуральных компонентов. Этот декор — самоочищающийся, сверху на колбы нанесено пылеотталкивающее полимерное покрытие. Внешний вид не портится, и это уже не просто магазин, отметил архитектор, а «место притяжения, куда люди приходят увидеться, поболтать и получить впечатления».

«У нас нет ни одного проекта, который смог бы состояться без полимеров. Где-то они видны, где-то полностью спрятаны. Архитектурный креатив как раз и заключается в том, чтобы правильно выстроить отношения между материалом, формой, фактурой и светом. Получается, что наиболее заметная архитектура сегодня во многом опирается на решения, которых человек может вообще не увидеть. И чем шире становится палитра таких технологий, тем меньше ограничений остается у архитектора между задуманной формой и возможностью ее построить», — резюмировал Сергей Пергаев.

По материалам