Городская среда

Как детские площадки продают квартиры: требования покупателей в 2026 году


Сергей Ведяшкин/ АГН «Москва»

Решающими факторами для покупки квартиры россияне называют не только стоимость и район, но и инфраструктуру внутри жилых комплексов (ЖК). Порядка 34-43% опрошенных среди нескольких обязательных критериев объекта назвали детские и спортивные площадки на территории ЖК, сообщалось в недавнем исследовании «Авито. Недвижимость».

В России за последние 10-15 лет возникло «перенасыщение» детскими площадками. Однако количество не всегда перерастает в качество, отметила партнер бюро «Дружба» Александра Черткова.

Положительные перемены заключаются в том, что детские территории перестают быть набором оборудования, превращаясь в гибрид парка, образовательной среды, спортивного пространства и городского ландшафта, указывает на еще одно позитивное изменение архитектор бюро «Остоженка» Егор Королёв: «Архитекторы и ландшафтные дизайнеры начали воспринимать площадку для ребят как часть городской среды, а не как набор оборудования».

«Для малышей востребованы сенсорные и развивающие элементы, связанные с водой, песком, мелкой моторикой, для детей постарше — оборудование, позволяющее создавать сценарную игру, развивающее коммуникацию и физическую активность», — объясняет исполняющая обязанности коммерческого директора девелоперской компании «Север» Мария Долгих. С января 2024 года в действие вступил ГОСТ 34995-2023. Регламент впервые указывает, что оборудование должно помогать ребенку с ограниченными возможностями адаптироваться к социальной среде. «Площадки начали проектировать с учетом тактильной и звуковой стимуляции, чтобы слабовидящие дети могли без опаски перемещаться по площадке. Появились требования к когнитивным игровым элементам, световым отражателям и тактильным полосам», — поясняет архитектор, урбанист, основатель и управляющий партнер бюро городской среды «Пространства» Валерия Савиных.

Плейхабы меняют детские площадки

«Все чаще формируются крупные игровые пространства на уровне микрорайона — плейхабы, вынесенные за пределы дворов. Внутри домов при этом остаются небольшие, более тихие зоны для локального использования. Это более точный и продуманный сценарий организации среды», — рассказывает Александра Черткова.

Задают тренды также нормативно-правовые акты. Так, в Москве, согласно озвученным в мае требованиям, минимальные размеры площадок во дворах должны составлять не менее 150 кв. м, на общественных территориях — от 280, а в общегородских зеленых площадках — от 380.

«Также вводится четкое зонирование по возрастам: 40-60% площади отводится для дошкольников, 30-40% — для младших и средних классов, остальное — для взрослых», — комментирует Валерия Савиных.

«Правило приняли недавно и применимо оно лишь к новым проектам — тем, что еще только начнут строить. Первые такие площадки жители столицы увидят не раньше 2027-2028 годов», — поясняет руководитель отдела продукта группы «Самолет» Лада Роженцова.

Положительным опыт Москвы называет управляющий партнер юридического агентства «Кучембаев и партнеры» Алмаз Кучембаев. Столица ранее взяла курс на отказ от концепции «двора многоквартирного дома» и оформляет земельные участки строго по контуру здания (по отмостке). «Это не снимает с города обязательств — напротив, позволяет ему финансировать строительство детских площадок за счет городского бюджета, — поясняет эксперт. — Дополнительно столичная программа комплексного развития территорий (КРТ) позволяет вести благоустройство сразу на уровне квартала или микрорайона, а обеспеченность площадками рассчитывается на все население этой зоны. Ключевой проблемой остается соседство детских площадок и парковок. При таком соседстве должно быть расстояние не менее 10 метров, но соблюдаются эти нормы редко».

Несколько интересных примеров из регионов приводит Егор Королёв. Так, в парке «Краснодар» детские пространства интегрированы в общую инфраструктуру и воспринимаются как часть природного ландшафта. Площадь детской территории — более 3 600 кв. м. Песочная зона поделена на «сухую» и «мокрую», чтобы дети могли сравнить свойства материалов и создавать замки. Для ребят постарше в парке есть горки, качели и интерактивные элементы. «Детская зона в парке «Краснодар» была одним из первых проектов, который показал, что игровая площадка может быть самостоятельной архитектурой, а не разрозненным набором оборудования из каталогов», — рассказывает Егор Королёв.

В Казани детская территория встроена в общественное пространство набережной озера Нижний Кабан и Театрального комплекса имени Галиасгара Камала. Многоуровневая детская площадка разделена по возрастам. Веревочный парк, скалодром, качели, мосты-пандусы и другие элементы позволяют активно проводить время. Рельеф и геопластика (холмистая местность) помогают детям тратить энергию в беге, играть в прятки и исследовать территорию.

«В Туле после реконструкции набережной игровые зоны тоже стали частью общего городского ландшафта. Вместо отдельных площадок появились встроенные в благоустройство игровые элементы, амфитеатры, рельеф и зоны взаимодействия с водой», — говорит Егор Королёв.

В трендах — природные мотивы и разновозрастность

К 2030 году развитие детской инфраструктуры в ЖК будет сопровождаться, по мнению Егора Королёва, сменой курса с цифровых решений на фрагменты самостоятельных миров — леса, руин, скал, искусственного рельефа или многоуровневого ландшафта, внутри которого игра становится не функцией, а способом существования в пространстве. Исчезнет жесткое разделение на «детское» и «взрослое», игровые пространства станут межвозрастной городской инфраструктурой — местом совместного пребывания дошкольников, подростков и взрослых.

«Дети, взрослые и спортсмены смогут использовать пространства универсально и проводить время совместно комфортно», — полагает Александра Черткова. Глобальный тренд — это трансформация игровых пространств в общедоступные плейхабы. «Если проект реализован удачно, то территория становится точкой притяжения горожан из других районов. При этом сами застройщики такой цели не ставят», — добавляет эксперт.

Гулливер, красные дюны и природные холмы

Игровые пространства в других странах мира имеют общие черты по регионам. Например, в Азии появляются разнообразные футуристичные территории, а в Европе системно работают с натуральными материалами, водой. «Кроме того, в Европе детские пространства интегрируются в городскую среду. Эти практики актуальны и сейчас», — говорит Александра Черткова.

Перед тем, как разбить Парк Билмер (Bijlmer Park) в Амстердаме, архитекторы решили вписать его в жилую зону. Новые 900 домов в окрестностях спроектировали так, чтобы окна большинства из них смотрели на общественное пространство, а дойти до зоны отдыха можно было за 5-10 минут. В центре парка расположились спортивная площадка и эспланада, представляющая собой объездную дорогу вокруг кругового пешеходного и велосипедного маршрутов. На холмах размещены сцена, скейт-парк, площадки для игры в мяч, искусственные скалы, площадки с водой и песком. Ряд желтых металлических рам объединяет в единую полосу игровую зону, веревочные мосты, смотровую башню и поле для качелей.

Жилые кварталы испанской Валенсии окружила гигантская фигура Гулливера. Это пространство для активного досуга открыли еще в 1992 году. Несмотря на потускневшие краски, интерес детей к великану из сказки не угасает. Фигура Гулливера, которую лилипуты уронили на землю и связали, простирается на 70 метров в длину. Дети, словно лилипуты, могут лазать, скатываться по горкам из карманов, бороды и волос, карабкаться по веревкам.

Территория Red Dunes Playtopia в китайской провинции Гуанчжоу вдохновлена марсианскими пейзажами. Здесь детские игровые площадки органично вписываются в природную среду, образуя единое пространство. Архитекторы описывают свой проект как «горное гнездо» или «домик на дереве в джунглях». Конструкция некоторых пещер вдохновлена механизмом передачи нагрузки, характерным для природных арок. В итоге были созданы большие пролеты и надежные сверхтонкие конструкции.

Конкурировать играючи

«Изучение международных подходов полезно российским архитекторам, в том числе в сфере инклюзивности, где доступность становится базовым принципом проектирования. Также зарубежная практика показывает ценность свободной игры и открытых сценариев использования среды, что также находит отражение в российских проектах», — объясняет Егор Королёв.

«У Азиатского региона, особенно у Южной Кореи, российские специалисты могут перенять технологичность, разнообразие решений, смелость экспериментов и качество реализации», — рассказывает Александра Черткова. Но главный эффект от изучения чужого опыта — осознание собственных сильных сторон: в сценарном проектировании, развитии ребенка через игру, работе с когнитивными и двигательными функциями российские специалисты находятся в числе мировых лидеров, а местами и опережают их.

По материалам

Нажмите, чтобы оценить статью!
[Итого: 0 Среднее значение: 0]

Похожие статьи

Добавить комментарий

Кнопка «Наверх»